Сайт памяти Игоря Молдованова

Вадим Демин, в.ч. 61931

jrikot — Wed, 22 May 2013 15:51:52 GMT

Дёмин Вадим Анатольевич

Он τак любил жизнь…

Знамёнка. Независимая г-та г.Богданович

ЧЕТВЕРГ, 24 февраля 2011 г. № 8 (564)

Вадим Демин родился 3.02.1975 года, был старшим ребенком в семье. Рос доброжелательным, общительным, веселым, подвижным мальчиком. Имел много друзей, практически никогда с ними не ссорился, не был лидером, но и свое «я» всегда мог отстоять. Очень трепетно относился к животным. Подбирая с улицы бездомных котят и щенят, приносил домой, поил и кормил их из соски. С теплотой и заботой относился к своим младшим братьям и сестренке. С ответственностью подходил к любому делу, на него всегда можно было положиться. С уважением относился к взрослым людям, был очень внимательным к родителям, мама для него была лучшим другом, с ней он мог делиться любыми секретами. Учился в 61 школе. Окончив в 1990 г. 9 классов, поступил в СПТУ- 99, проучился 1 год, понял, что это не его…. Чтобы не терять времени перед армией, пошел работать на молочный завод. После армии хотел серьезно заняться учебой. 19 ноября 1993 года был призван в ряды вооруженных сил. Когда ушел в армию, дома оставалась младшая сестрёнка, которая очень по нему тосковала, в каждом солдате виделасвоего брата - Вадика. Он отдельно для нее писал письма, хотя ей всего было два годика, а она ждала и отвечала на них, выводя каракули на бумаге…. Служил Вадим в г. Реутово Московской области во внутренних войсках- радистом. Пользовался уважением среди командиров, отличался весёлым характером и оптимизмом. Одним словом был любимчиком. Прослужил полтора года, а 13.01 95 г. был отправлен в Чечню. Находился в Грозном, Гудермесе, Хасавьюрте. О том, что сын в Чечне, мама Валентина Владимировна Демина узнала от его друзей. Очень расстроилась, не могла найти себе места, жила одной мыслью - поехать и забрать сына. Не для того рожала, растила, чтобы отправить его под пули…. Валентина Владимировна пришла в Комитет солдатских матерей, чтобы узнать больше о сыне и обстановке в Чечне, а там собирали гуманитарную помощь для воинов интернационалистов. Она предложила свою помощь и вместе с Комитетом, который в то время возглавляли К.И. Карпова и Е.В. Водолазова повезли эту помощь, по горячим точкам, туда, где служили наши ребята, где был и ее сын. Приехав в часть и пообщавшись с друзьями Вадима, мама поняла, что не сможет признаться сыну в том, зачем приехала. Она поняла, что сын ни за что не бросит своих товарищей, а ее осудит. Только тогда, когда Вадим с замполитом провожали ее домой, на вокзале она рассказала сыну о истинной цели своего визита. Вадим обнял мать, и произнес: «Я знал, что мы с тобой всегда понимали друг друга». - «Если бы все матери были такие и так воспитывали своих сыновей …»- добавил замполит. Отслужил. 12 мая 95г. вернулся домой. Поступил на службу в органы МВД (вневедомственную охрану), но проработал недолго, мысль о том, что там…за «бугром» остались его друзья, не давала покоя. 17. 12. 95 года, не смотря на уговоры родных, Вадим ушел служить по контракту в Чеченскую республику. Маме написал расписку: «Не волнуйся, обещаю вернуться живым»! Из нашего города они уехали вчетвером: Вадим, Дима Волков, Влад Казанцев, Игорь Черепанов. Принимали участие в боевых действиях. Вадим старался чаще писать письма домой, чтобы не расстраивать родных. И вдруг, переписка оборвалась… Полгода никаких вестей. Затем узнали, что участвуя в бою в селе Гойском, Дима и Влад получили ранения и находятся в военном госпитале. О Вадиме и Игоре ничего…. И вдруг, страшное известие, громом среди ясного неба, беда «грузом №200», пришла в дом родителей Игоря. Игорь погиб в боевых действиях. что с Вадимом? Сердце матери разрывалось на куски, слезы не высыхали на глазах. Пропал без вести…. Но они же были вместе! Не добившись ничего вразумительного от командования армии, Валентина Владимировна поехала сама искать сына. И не приведи Господь никому перенести то, что пережила и перенесла эта героическая женщина за время поиска Вадима…. Она нашла его, просмотрев слайды с изуродованными телами убитых на чужбине наших парней, опознала свою кровиночку среди множества погибших тел…. И привезла домой то, что осталось от Вадика - цинковый гроб. Вадим Анатольевич Демин погиб 4 апреля 1996 года на территории Чеченской республики в составе в.ч. 61931 КРВО. Награжден Орденом Мужества. Боль и утрата сына до сих пор не заживающей раной лежит на истерзанном сердце матери. Но сына ей никто не вернет! Валентина Владимировна уже не первый год возглавляет Комитет солдатских матерей нашего городского округа. Она ведет большую, очень важную общественную работу, жертвуя своим временем, не обращая внимания на свое здоровье. Помогает родителям потерявшим своих сыновей в локальных войнах, помогает военнослужащим и их семьям, защищает права призывников и солдат, не оставляет в беде тех, кто нуждается в ее помощи. И к каждому, кто бы к ней не обратился, она относится как к близкому человеку, каждого пропускает через свое сердце, и никого не оставит без внимания. И недаром к ней за советом и помощью обращаются люди и из других округов. Знают - поможет.

О. Абб

http://pubsrv.uraic.ru/pressa/znamenka/2011/znamenka_8.pdf

Евгений Мартынов

jrikot — Tue, 21 May 2013 14:34:23 GMT

МАРТЫНОВ Евгений Геннадьевич

Солдат, погибший в Чечне в 95-м году, похоронен на родине

Житель Заларинского района Евгений Мартынов пропал в Чечне в 95-м году. Недавно в ростовской лаборатории установили, где именно он погиб. Это первый случай в Иркутской области, когда имя солдату помогли вернуть эксперты.

- Вот он пишет: "Сейчас стоим на блокпостах. Недавно в нашу роту привезли контрактников, на место убитых и раненых. Ведь от 90 человек нас осталось только 30". Пишет: "Я расписывать много не буду, передавайте всем привет".

Читать это письмо без слез она не может до сих пор, хотя пришло оно 17 лет назад, в мае 95-го. Ведь это первая и последняя весточка сына из Чечни. Через несколько месяцев Валентине Ивановне сообщат, что Женя пропал без вести с блокпоста в Ачхой-Мартановском районе. И у матери начнется самая страшная пора в жизни. Годы отчаяния и надежды. За это время друзья Евгения станут взрослыми, семейными людьми. Как, например, Сергей Кустов. Сейчас ему 36, работает в родной Тырети, на солеруднике. Воспитывает дочку и сына. Женю Мартынова, лучшего друга, Сергей вспоминает каждый день.

- Обыкновенный парень был. Единственное, такая черта была, что он за правду стоял. Смелый, отважный. Снится вроде, что он живой домой приходит. Без памяти просто, израненный весь. Но не верю я, что он погиб, не верю, — говорит одноклассник Евгения Мартынова Сергей.

Евгений ушел в армию из родного села, когда ему было 18 лет, спустя 18 лет он вернулся сюда же. В лаборатории Ростова установили, что останки солдата принадлежат именно Жене Мартынову. Его похоронили несколько дней назад, проститься с ним пришло всё село. Из Тулуна в Тыреть приезжали матери, чьи сыновья тоже пропали в те годы в Чечне, и до сих пор их судьба неизвестна.

- Я очень довольна, что он нашел пристанище на сибирской земле. Пусть другие мамы надеются, и надежда пусть у них не угасает. Может, им улыбнется вот такое счастье, может, нельзя это назвать счастьем, но я называю, — говорит мать погибшего в Чечне Евгения Мартынова Валентина Мартынова.

Евгений Мартынов был отмечен медалью "За отвагу". Награда, как это часто бывает, нашла героя только после его смерти. Ее мальчик погиб за единение Отечества, говорит Валентина Ивановна. И сейчас ей хочется сказать спасибо тем людям, которые в далеком 95-м похоронили его, чужого для них солдата, в Чечне, пусть, и по своим — мусульманским — обычаям.

Автор: Татьяна Соловьева

http://www.vesti.ru/doc.html?id=942069

ДЕНЬ СВЯТОГО "НИКОГДА

jrikot — Sun, 19 May 2013 15:39:18 GMT

Андрей Ульянов Тюменские известия

№35 (4295)
22.02.2007
Александр БЕЛОВ

(фото отсюда: http://www.tumentoday.ru/2010/04/01/медаль-нашла-героя/)

Очнуться от наркоза в военном госпитале — все равно что заново родиться. Сначала возвращается слух. Доносятся чьи-то стоны, дверной скрип, шорохи, тяжелые шаги, шлепок мокрой тряпки об пол. Кто-то хрипло требует воды, кто-то матерится.
Потом проясняется в глазах. В зыбком утреннем свете видно палату, заставленную узкими койками, и парней, запеленатых в кровавые бинты. У стены стоят чьи-то костыли.
Когда осмотришься, хочется встать, потянуться, размять затекшие ноги. Только вставать нельзя, от слабости кружится голова. И вместо левой ноги из-под одеяла торчит забинтованная культя. Костыли у стенки, выходит, твои...
* * *
Есть такая порода людей — солдаты на всю жизнь. Тюменец Андрей Ульянов как раз из нее. (фото3)С детства он занимался спортом. Осваивал рукопашный бой в клубе «Юный дзержинец». Жить не мог без легкой атлетики. Срочную службу Андрей отмахал на едином дыхании. Он призывался в 1988 году, когда армия еще не попала в жернова реформ. Служил в пограничных войсках. Застава стояла у озера Хасан.
...Он и сейчас молодеет, вспоминая армейские годы. Раскладывает на столе фотографии. Рассказывает взахлеб, как рвался на заставу, как его ценили офицеры и уважали пацаны. Командиры предлагали остаться на сверхсрочную службу — отказался. По дому соскучился.
Он втиснулся в гражданскую жизнь, еще не остыв от армейского ритма. Работал сварщиком, после смены боксировал на ринге. Пытался наладить личную жизнь. Не сложилось.
— Характер, видно, у меня вредноватый, — разводит руками.
Четыре года демобилизованный сержант пытался приладиться к миру, менявшемуся на глазах. Непостижимо было, отчего так скакали цены, рушились привычные устои. Улицы запрудили невиданные машины, рынки заполонили торговцы разномастным импортным неликвидом, у сверкающих витрин магазинов стали толпиться нищие.
Из этой сумятицы Андрей видел только один выход — вернуться в армейский строй. Написал заявление о желании служить на таджикско-афганской границе. Бравый пограничник легко прошел все комиссии. Дело оставалось за малым. Надо было лишь дождаться покупателя из части. Его все не было. К тому времени война в Чечне полыхала уже второй год. По ТВ постоянно передавали сюжеты о вылазках боевиков и наших потерях. Необстрелянные мальчишки гибли ротами.
В военкомате сатаневшему от ожидания Андрею как-то предложили: повоюй, солдат. Он согласился.
Крещение огнем
В январе 1996 года из Свердловска в Чечню уходили два пехотных полка, укомплектованных контрактниками. Андрей попал в 324-й мотострелковый полк. Его солдаты носили общее прозвище «Бешеные псы». Этому полку, в первую кампанию собранному из срочников, здорово досталось на передовой. Контрактники, пополнившие обескровленные роты, решили — мы будем мстить.
Их снарядили полностью, от маскхалатов до несгораемых жетонов — «смертников». Через два дня 324-й полк уже стоял в 30 километрах от Грозного, в селе Старые Атаги.
Там шла война. Но страха не было. Поначалу оказалось, что фронт — это простреленная палатка на два взвода, топчаны, куда падали не раздеваясь, блохи, от которых не было спасения, и всегда дефицитные дрова. Так жила разведрота, для которой на войне нет спокойных дней.
Если на фронте не ведутся активные боевые действия, разведчики уходят усиливать блокпосты, отправляются в дозоры на горные перевалы. В дни затишья разведке доводится ставить мины, вычислять координаты бандформирований, разыскивать их схроны и дневки.
В разведку Андрей попал по случаю. К технике его не тянуло. Зато был он выносливым, как степной скакун. К тому же, значилось в документах, проверенный рукопашник и меткий стрелок. Офицер-разведчик полистал военный билет: погранец, значит... Давай к нам? — Можно...
В ночь 23 февраля их разведгруппа ушла в первый боевой рейд. Из него вернулись не все.
Двое суток разведчики рыскали по горам. Спали на камнях. Однажды на переходе приметили — вроде что-то ворохнулось за валунами. Решили, что показалось. Когда до базы оставалось километра два, разведчики присели на полянке дожевать сухой паек. И передохнуть: разреженный воздух высокогорья вытягивал все силы.
— Вели нас духи, тут разговора нет. Они же в горах как дома, — рассуждает Андрей.
Разведчики сидели кучно. Моджахедам хватило бы одной гранаты, чтобы накрыть всю группу. После взрыва им оставалось только полоснуть из автоматов для верности.
Всех спас гранатометчик Леха Шорохов. Откинулся спиной на дерево, и тут рвануло. Видно, сдетонировала старая мина, незнамо кем прикрепленная к стволу с другой стороны.
«Духи» сами опешили. Они уже окружили полянку, примерялись, как ловчее ударить. Тут главное было — автомат схватить и «штамповать» по кустам одиночными выстрелами, короткими очередями, да в траве крутиться, чтобы мишенью не стать. Фикса, ангел-хранитель с пулеметом, свой ПК снарядил на раз и принялся поливать без передышки, не жалея патронов.
Ногу Лехе оторвало напрочь. Пока отстреливались, у него на губах уже красная пена выступила. Часовые на базе услышали стрельбу, к разведчикам подоспело подкрепление. Вместе отбились. Когда все стихло, Андрей подхватил было носилки, где корчился Леха, хотел помочь, а сил нету. Одно опустошение. И гул в ушах. В себя пришел только на базе. Видит — в ладони иконка мамина. С собой положила, когда на войну уходил.
Умирают пацаны просто
К штурму села Гойское федеральные войска готовились почти месяц. Дособирались до того, что ко дню штурма атакующих сил было меньше, чем оборонявшихся дудаевцев. Да еще десантников, стоявших рядом, накануне перебросили под Ведено.
Поначалу в село посылали парламентеров. Предлагали сдать Гойское без кровопролития.
— Аллах акбар! — надменно ответили горцы, — мы не сдаемся.
Бой начался в 11 часов. По открытому, до последней былинки пристрелянному боевиками полю шахматным порядком двинулась бронетехника. За ней шла цепочка пехоты.
Их расстреливали, как в тире. Танки и БМП полыхали будто копны. Свинцовый дождь косил пехоту. А разведчики, пробравшись по арыкам к самому селу, застряли в этой мясорубке так, что ни взад, ни вперед. Выходить на связь было бесполезно — в эфире стоял треск и крики наших пацанов, погибавших под кинжальным огнем.
Только пришел приказ отступать, и небо рухнуло на землю. Уши заткнуло гулом штурмовой авиации. Земля забилась под ногами.
Войска отступили. На черном поле коптила подбитая техника да кружилось воронье над мертвыми солдатами. Их было много.
Такой жути Андрей не видел даже в бою за Чернореченск. 11 марта «духи» напали на местную комендатуру. В малом селении они оборудовали сотни огневых точек. Колонна федералов шла сквозь стену огня. С большими потерями прорвались к окруженным омоновцам. Отбили наседавших боевиков, перевязали раненых. Про тот бой кто-то из милиционеров потом сложил песню.
На проклятом поле под Гойским, через несколько дней после кровавого штурма, война для Андрея закончилась.
Живой
Ночью разведчики снова проникли в непокорное село. Андрей шел замыкающим. Ступал за товарищами след в след и не понял, почему вдруг негромко хлопнуло под ногой. Глянул вниз — нога болтается на сухожилии, как наполовину стянутый сапог. А боли нет.
Она накатила позже, когда миновал первый шок. Ребята несли его на руках, стараясь не тряхнуть. А искалеченную ногу точно черт выжигал паяльной лампой. Обезболивающего с собой не взяли. Оставалась только надежда, что можно успеть отправить раненого вертолетом в Грозный.
Разведчики долетели до вертолетной площадки на расхлестанной БМП. Но первый борт, поднявшийся в темное небо, забрал с собой целый выводок широкопузых военачальников. Другую машину ждали долгие часы.
— Это чеченский синдром, сынок, — повторяли врачи, когда тридцатилетний калека выныривал из хмельного угара, — полечиться бы тебе надо. Нервишки успокоить.
Он и лечился. Успокаивался как мог. После войны молодой ветеран пил безудержно, с редкими перерывами. Это длилось почти шесть лет.
Приезжали однополчане, поминали товарищей. А в перерывах между запоями находилась какая-то работа.
— Я знал, что все равно остановлюсь. Дойду до какого-то предела, и точка, — признается Андрей.
Боевых денег у него не набралось и 20 тысяч. Бесплатный протез натирал культю до крови. Пенсию ему начислили грошовую, без учета ранения. Ее и получал, пока за брата по оружию не вступился председатель ассоциации солдат — ветеранов Чечни Андрей Попов.
Пить он бросил так же резко, как и уходил в запой. Послушал ребят из ветеранской ассоциации. Согласился отлежаться в лечебнице под Винзилями. Занялся спортом. От департамента здравоохранения ему прислали новый, удобный протез.
...Говорят, что человек не забывает ничего. Надо только постараться — все всплывет в памяти. Пока Андрей ворошил на столе те фотографии, что не сгорели в подбитой «бээмпешке», я силился вспомнить, где видел этот взгляд безнадежного больного, нежданно одолевшего смертельный недуг. И вспомнил.
Это было несколько лет назад, на параде в честь Дня Победы. В колонне солдат-резервистов ковылял на одной ноге высокий парень в потертом кителе с сержантскими лычками на погонах. Он еще долго махал костылем правительственной трибуне. Дескать, вот он — я. Живой! Живой...
Где б ты ни был
Пробудиться до свету в остывшей за ночь комнате, тихонько пристегнуть протез и выскользнуть во двор — все равно что вернуться с войны. Воротиться в укромный дачный поселок, в простой дом, куда нечасто заглядывают гости.
В 1997 году приказом президента Ельцина сержанта Ульянова представили к ордену Мужества. Вскоре подоспела медаль «За службу на Кавказе».
23 февраля 2004 года стало для него святым днем. Долгожданным и дорогим, который, казалось, не придет уже никогда. Три года назад, день в день, он познакомился с будущей женой.
Это было в винзилевской лечебнице. Наталья, потеряв родителей, выкарабкивалась из депрессии. Андрей отходил от чеченских кошмаров.
Порознь они выглядят антиподами. Наталья тихая, не обронит лишнего слова. Андрей не сидит на месте. Зато когда супруги Ульяновы оказываются рядом, каждый видит полноценную пару, где один дополняет другого. На свадьбе им кричали «горько». Молодожены одинаково прятали счастливые глаза.
Андрей решил притащить в дом спортивный тренажер, а на подворье развести скотину. Чтобы жить «от земли». Наташа мужу не перечит.
С весны до осени она подрабатывает продавцом в местном магазинчике стройматериалов. Андрей нанимается работать там же — сторожем. Он состоит в совете ветеранов чеченского конфликта. Охотно встречается со школьниками, кадетами. Рассказывает мальчишкам о войне, где мало просто выжить. Надо еще вернуться туда, где тебя любят и ждут. Это называется счастьем.

http://www.t-i.ru/article/3473/

Забайкальцы в Чечне

jrikot — Sun, 19 May 2013 15:24:06 GMT

Забайкальцы в Чечне
18 лет прошло с тех пор, как 11 декабря 1994 года федеральные войска вошли на территорию мятежной Ичкерии и началась долгая и кровавая чеченская война. Об этом вспоминает еженедельник «Эффект», делясь печальной статистикой участия в ней забайкальцев.

«Полный список подразделений ЗабВО-СибВО и воинских частей, дислоцированных в Забайкалье, никогда и нигде не публиковался. В первом составе федеральной группировки забайкальских частей не было. Из-за географической отдаленности ЗабВО было принято решение взять оттуда личный состав, который пополнил пришедший с Урала 324-й мотострелковый полк.

В открытых источниках также содержится информация об участии в боевых действия в Чечне мотострелковых бригад из Юрги и Борзи, противотанкового артдивизиона со ст. Билитуй, вертолетной эскадрильи внутренних войск из Читы, вертолетного полка из Нерчинска, авиабазы «Черемушки» и других. Маленькая деталь: первым самолетом, севшим в освобожденном грознинском аэропорту, был Ан-12 из Читы.

Абсолютным рекордсменом по боевым вахтам является читинский ОМОН. В активе подразделений почти 40 кавказских командировок. С начала чеченской войны на Кавказе погибло около 1000 уроженцев Забайкалья и человек, проходящих здесь военную службу».

http://www.zabinfo.ru

Ющенко Андрей 324 мсп, 8 рота

jrikot — Sat, 18 May 2013 10:39:35 GMT

Ющенко Андрей Сергеевич

Александр Ведров об однополчанине Андрее Ющенко

рядовой в.ч 61931 324

Бой под Чечен –Аулом

"Ещё 11 марта 1995 года я наводчик оператор, механик и командир машины были в рем. роте на ферме, на главном входе которой стояли статуи овцы и быка, посёлка Шали. Закончили ремонт своей бэхи, поставили новый двигатель взамен заклинившему. и наша красавица была вновь в строю. Кстати , из 9 машин в роте , только у нас бэха была камуфлированная в покраске... Завтра 12-е, у меня днюха...почтой получил посылку с дома, от родителей, восторг и сладкое счастье с чаем. Тогда я впервые увидел чоко-пай, мы ещё их сразу прозвали пластиковые печенюшки. Письмо с родины и вязанные носки от учиников родной школы, согрели душу. 12 марта у меня день рождения. Олег механик, Серёга командир и я утром заступили на блок пост, одной из дорог, ведущих в Шали. Обычное дело – целый день проверяли документы , да кидали гранаты в арык неподалёку… так ради развлекухи, чтобы посмотреть столб воды от взрыва. К вечеру приходили пацаны с роты, говорят, они сегодня ночью пойдут в сторону Чечен-аула пешими, а мы утром должны на машинах их догнать... Раннее утро, 13 марта. Команда... , машины в колонну, построили машины, как обычно - три бэхи танк и опять три бмп. Выдвигаемся, едем, светает, догнали нашу роту. Пацаны устали, с завистью смотрят на нас проезжающих. Недалеко отъехали от пехоты. По колонне справа был открыт огонь. По внешней связи команда: «Стой! Принять бой справа». Мы развернулись. Были видны летящие в нашу сторону выстрелы рпг. Наводчики тут же открыли огонь , я вычислял в секторе обстрела вспышки выстрелов боевиков .Посылая туда залп из пушки и пулемётную очередь. Метрах в 20 работал танк, раскачиваясь тяжелыми залпами пушки. Слева от меня метрах в семи стояла бэха управления роты, отличающаяся от всех машин железным ящиком связи, на заднем правом борту. Вчера Андрей, мой земляк, получил должность наводчика оператора. Он уже был знаком с машиной и имел опыт стрельбы наводчика. Он и был в той машине.

Я вижу боковым зрением в триплекса, как сперва один рпг выстрел пролетел мимо машины Андрюхи, хлопнув где-то за сзади. Второй выстрел не долетев, врезался в землю и закувыркался, взорвавшись перед машиной. Мой механик Олег по внутренней связи говорит: «Андрюху обстреливают...» Я говорю, что вижу, и веду огонь на каждую вспышку и движение, при этом Олег, замечая в свои водительские триплекса , помогает, корректирует мне огонь, следя за направлением моей пушки, правее от неё или левее от неё замечая вспышки. Третий выстрел гранатомёта в машину Андрея попал под башню... После я видел, как контуженый механик, вылез с машины , на нём горел воротник бушлата, потом заметил что его, подхватив за руки, увели бойцы куда-то за машины... И тут бмп взорвалось, башня у машины отлетела ...Мы продолжали стрелять. По внутренней связи Олег кричит: «Санёк, Андрюха погиб...» Помню слёзы мешали смотреть в прицел. Стих бой, поступила команда продолжить движение. Помню –подъехали к своей пехоте, наши в окопах и к нам в машины. По нам идёт обстрел с миномётов. По внешней связи команда: «Занять позицию , не стрелять, впереди наша разведка». Через час нам надоело, и мы, разломав ящик, на костре заварили чай. Открыв задние двери десанта встали человек 6, и пили чай. От одного взрыва миномёта осколок попал Игорю в кость голени чуть открошив кость, мы его перебинтовали и с другими ранеными повезли его в тыл в сан часть. Вернувшись на передовую, стрельба закончилась. Окопав свою бэху по башню, батальон занял позиции .

Андрей Ющенко - он с бабушкой жил в поселке Качуг Иркутской области. До того, как пересесть на бмп , был наводчиком оператором. Он был оператором станции ближней разведки. И ночью определил двух боевиков по-моему в двухстах метрах или больше(не помню точно) наши сразу накрыли определённый им квадрат из агс, а после нашли боевиков с мухами ПК и снайпой. Он за это был награждён медалью, которую мы обмывали водочкой, вечером, на блок посту...12 марта в мой день рождения."

12 марта у Саши был день рождения. А 13 марта 1995г. был тот самый бой, в котором погиб и Игорь Молдованов, и Андрей Ющенко и много других ребят.

Из переписки:

Александр:

"Я помню этот год , и 13 марта и помню бой. (у меня день рождения мой 12 марта) Много тогда полегло на моих глазах. Я служил в восьмой роте.

Помню тот бой... я наводчик бмп-1 . Слева от меня гранатомётом подбили машину.. там погиб Ющенко Андрюха... он жил в Качуге. Деревня в Иркутске

Я вообще 13 марта чуть в плен не попал. У меня 12 день рождения, а 13 бой. Пошел вечером к ротному за сигнальными ракетами,а назад шел в темноте и ушел на зелёнку передовой к боевикам. Я как чеченов услышал темной ночью... и увидел танк наш подбитый и соориентировался, где был бой и где наше расположение... тихо пятился и, долго бродив, нашел своих."

P.S.

Из истории боя известно, что именно танк Игоря Молдованова был почти на позиции боевиков... Возможно, что именно на него и наткнулся Александр в темноте.

Глухих Алексей Сергеевич

jrikot — Tue, 14 May 2013 06:01:50 GMT

Глухих Алексей Сергеевич, лейтенант

1971 года рождения, лейтенант. Выполнял воинский долг на территории Чеченской республики в составе в/ч 69771 УрВО. Награжден орденом Мужества. Погиб 9 января 1996 года. Похоронен на Ивановском кладбище в г. Каменск-Уральский.

Из воспоминаний матери Глухих А.С.

9 января 1999 года исполнилось три года, как погиб в Чечне мой сын Глухих Алексей, которому в то время было только 24 года.

Алеша родился 24 декабря 1971 г. Его папу – Сергея Александровича – за месяц до рождения Алеши призвали в армию, и я, его мама – Надежда Николаевна – растила сына 2 года одна с помощью бабушек – мамы и свекрови. Наверное, поэтому он был мне очень дорог и любим, и это доброе чувство взаимопонимания, уважения и заботы оставалось между мамой и сыном всю его короткую жизнь.

Алеше было 5,5 лет, когда у него появился братик, и был он мне первым помощником по уходу за малышом. Так воспиталось в нем чувство ответственности за брата, за семью, за любое доверенное ему дело. Вскоре мы приобрели сад, и здесь Алеша был незаменимый помощник.

В школу пошел с желанием: с 6 лет бегло читал, считал. В то время учились и мы, родители: я заочно закончила институт, учился муж. Учился Алеша легко, кроме того увлекался музыкой (играл на домре, потом на гитаре), занимался спортом – легкой атлетикой, дзюдо.

В 1989 г. по окончании школы поступил в Свердловск в УПИ на металлургический факультет. В 1991 г. женился, и родилась у него дочь Настя. Жена тоже училась, и поэтому основную заботу по содержанию студенческой семьи взяли на себя мы, его родители. Но во главе каждодневных семейных хлопот был молодой папа. Он мог мыть, стирать, готовить, не чурался никакого труда.

В 1994 году Алеша закончил институт, они вернулись в Каменск-Уральский, он поступил на работу на Синарский трубный завод помощником мастера. На работе Алеша проявил себя как знающий инженер и хороший организатор. Вскоре стал работать за отсутствующего мастера и даже оставался за начальника смены.

В бригаде работали мужчины, по возрасту годившиеся ему в отцы, но к Алеше обращались с уважением – по отчеству. Он тоже ценил людей за знания и мастерство.

В июне 1995 г. Алешу призвали в армию как лейтенанта срочной службы. Звание офицера ему присвоили по окончании военной кафедры УПИ.

Служил он в Шадринске в батальоне охраны заместителем командира роты по воспитательной работе. В армейскую службу быстро втянулся, добросовестно выполняя свои обязанности, был требователен и справедлив к подчиненным.

Домой приезжал почти каждый выходной день, ездили и мы к нему. Я даже радовалась, что служит рядом, дома часто бывает, покушает повкуснее домашнего. 28 ноября 1995 г. он ночевал дома последний раз. Сказал, что сейчас долго не приедет, отправляют на учения, и только 10 декабря я узнала, что он согласно приказу командирован в Чечню на три месяца.

Служил он там заместителем командира разведроты по воспитательной работе 324-го полка.

Из Чечни прислал 4 письма. В письмах писал, что у него все хорошо, что там, где он служит, не опасно.

9 января 1996 г. Алеша, еще один лейтенант – Колчин (призванный как и Алеша после окончания института), 5 рядовых бойцов были направлены как группа прикрытия с капитаном-коррректировщиком на разведзадание. Однако их выследили чечены и, когда группа наших ребят продвигалась между горами, сверху по ним открыли шквальный огонь. Алеша отстреливался, кто-то из ребят не успел сделать ни одного выстрела. Погибли 7 человек, в капитана же не стреляли, его контузило, затем его взяли в плен для последующего обмена на чечена. Это произошло на горе в 30 км. от Грозного. Позднее Алеша был награжден орденом Мужества.

Последнее его письмо (и в это же время сообщили страшную весть) я получила 16 января, написанное 26 декабря, сразу же после дня рождения, когда ему исполнилось 24 года.

Домой Алешу привезли 28 января. Это были страшные дни ожидания и надежды, а вдруг опознание не подтвердит, а может, не он. Я еще долго ждала чуда, что он объявится, что все это какая-то ошибка. Даже сейчас, когда по радио или телевидению объявляют: «Освобожден из плена...», я вслушиваюсь, а не он ли.

Через день после его похорон умерла моя бабушка (Алешина прабабушка), через год тяжело заболела, потом умерла моя мама (Алешина бабушка), резко ухудшилось наше здоровье, Алешиных родителей. Осталась сиротой дочь Настенька, которая в этом году должна пойти в школу. А как ей нужен отец! Она говорит: «Когда я очень хочу папу, я подниму вверх руки, там тепло-тепло, значит, папа рядом со мной, просто я его не вижу».

Невосполнима утрата, незаживающая боль потери сына, мужа, отца, замечательного человека. И остается без ответа мой вопрос, за что, ради чего погубили моего сына? Неужели кроме Чечни не нашлось в нашем обществе применения его ума, знаний, трудолюбия, честности и обязательности?

Одно утешение (если так можно назвать), что люди помнят его добром. На нашем доме, в институте установлены мемориальные доски; каждый год в день его рождения друзья кладут ему цветы, а в день памяти приезжают и сослуживцы, и друзья, и родные.

Последние мои строки, посвященные сыну:

Ты молод, добр и честен был.
Семью, дочурку, жизнь любил,
Но как жестоко унесла
Тебя Чеченская война.
Скорбим и помним, и прости,
Что не смогли сберечь, спасти.

Погибший за Родину — бессмертен. Да будет так.

С боевым приветом!

Это уже четвертое безответное письмо. И я попросил бы Вас отвечать побыстрее и высылать в письме обратный конверт, а то здесь в горах их никто не печатает.

У меня все нормально. Жив, здоров, сыт. Могу поделиться впечатлениями о Северном Кавказе. Мы с вами сделали огромную ошибку, что раньше, в мирное время при социализме ни разу здесь не проводили отпуск. Горы – это очень красиво, особенно когда выпадает снег (правда, последний держится не очень долго). Климат здесь примерно такой: ночью может быть зима, как и у нас, а днем хоть загорай. Местный люд здесь довольно богатый, на 99 % – торгаши. Ни разу здесь не видел Запорожцев и Москвичей. Дома в селах огромные, красивые, все из отделочного красного кирпича. Дом, который построил цыганский барон на «Мирном» выглядел бы здесь очень посредственно. Сам г. Грозный довольно красивый, правда сильно потрепанный (почти каждый дом разбит). Воздух идеально чистый, мягкий. Короче, приеду – меня не узнаете, рожа будет шире плеч. Про службу расскажу по приезду. А, чуть не забыл, молодые дамы местные – это все. Правда, я их вижу только с брони БМП.

Алексей
28.12.95 г.

Р.S. Тут у меня справили день рождения. Все довольно классно получилось. Ни разу еще не справлял в палатке, в горах. В тесной мужской компании посидели, поговорили, песни на гитаре попели. Мне подарили портсигар (будет дорог как память – я не курю) и 45-ти патронный магазин АК (это очень нужная вещь).

Ну вот и все. Пока.

Источник: «Вспомни и поклонись. декабрь 1994 г. – октябрь 1996 г.»

Печенкин Юрий Анатольевич в.ч. 61931

jrikot — Sun, 12 May 2013 10:42:00 GMT

Печенкин Юрий Анатольевич, в.ч. 61931

Память.

В истории России было много войн, известных полководцев, которых знает вся страна и неизвестных героев без которых эти победы были бы невозможны. В каждой семье есть свои герои и истории их подвига, которые передаются из поколения в поколения. В нашей семье чтят память брата моей бабушки и дядю моей мамы Печенкина Юрия Анатольевича погибшего в Чечне при исполнении служебного долга в 1996году.

Я знаю дядю Юру только по фотографиям и рассказам о нем своих родственников. В доме моих прадедушки и прабабушки висит портрет дяди Юры, где он молодой, веселый, улыбающийся и даже не верится, что он воевал и погиб на войне.

Каждый год 23апреля, в день его гибели, к нам приходят все, кто его знал, родственники, одноклассники и вспоминают, каким он парнем был!

Со слов прадедушки рос Юра как и все мальчики, ничем особенно и не отличался. Во дворе был заводилой компании, вместе с друзьями играл в «разведчиков», в обыкновенные мальчишеские игры. Но было у него одно увлечение – пластмассовые солдатики. Как настоящий генерал он выстраивал их в полки, заставлял идти в атаку, громить врага и побеждать. Когда пластмассовых солдатиков не хватало, они вместе с другом Димой лепили своих воинов из пластилина, строили укрепления из коробок и устраивали целые сражения. Шли годы, появлялись другие интересы, но страсть к солдатикам оставалась

Моя бабушка – сестра Юры - хранит целую коробку с различными картами сражений, географическими картами и атласами, с игрушечными танками и бронетранспортером, оставшуюся от брата. Бабушка рассказывает, что в школе любимыми предметами у Юры были история, география и иностранный язык. В школе он изучал французский язык, самостоятельно немецкий, старославянский. На старославянском языке дома хранится ему принадлежавшая книга «Александр Невский».

После окончания школы Юра уехал учиться в Ленинград, затем служил в Германии. В 1992 году, когда обострилась обстановка в Приднестровье, он уехал добровольцем в Тирасполь. В письмах домой он писал: "Не волнуйтесь, у меня все в порядке, питание хорошее, здоров». Старался беречь и не расстраивать родителей. Только после того, как вернулся с Приднестровья, родители узнали, что Юра участвовал в настоящих боевых действиях и в одном из боев из горящего танка его вытащил друг Олег. За свою службу Юра получил благодарственное письмо за личной подписью Президента Приднестровской Молдавской республики И.Смирнова.

В феврале 1996г. Юра уехал по контракту в Чечню. Накануне отъезда он часто смотрел репортажи из района боевых действий и не мог оставаться равнодушным, когда видел, что в Грозный направляют солдат-первогодок. О своих планах уехать воевать Юра рассказывал друзьям. Они пытались его отговорить, переубедить, но Юра отвечал: «Если не я, то кто? Хоть десять-двадцать необстрелянных юнцов я могу спасти. Ведь они ничего не знают о войне, а я знаю». В своем письме из Чечни он писал: «Все в порядке. Кругом горы. Жив. Всех целую и люблю».

У родителей Юры – моих прадедушки и прабабушки остались дневники и тетради со стихами. Юра был настоящий воин, он не мог смириться с тем, что на территории России гибнут люди. Для него понятия «Родина, Отчизна, долг и честь» были не пустыми словами. Об этом он писал в своих стихах. Особенно мне нравится стихотворение «Потомкам».

Не могу я быть самим собою,

Но иначе тоже не могу.

Я уйду, но не хочу без боя

Оставлять оружие врагу.

Я уйду, но небу станет жарко,

Уходя оставлю для врагов

В качестве последнего подарка

Рухнувшие стены городов.

Я уйду, но кровь застынет в жилах

Тех, кому достанется земля

В ноющих руинах и могилах,

И репьем поросшие поля.

Я хочу уйти без униженья,

Чтоб земля дрожала от шагов,

Чтобы даже это пораженье

Не было победой для врагов.

Младший сержант контрактной службы, командир танка Печенкин Юрий Анатольевич, при выполнении воинского долга на территории Чеченской республики в составе в/ч 61931 УРВО погиб 23 апреля 1996г.в возрасте 28 лет. Последний бой Юра принял под городом Гудермес. В башню танка попал снаряд , осколочное ранение головы. Посмертно Печенкин Юрий Анатольевич награжден орденом Мужества. С воинскими почестями похоронен на сухоложском городском кладбище.

В память о воинах –интернационалистах , погибших в Чечне и Афганистане в Екатеринбурге установлен мемориал «Черный тюльпан». На траурной плите высечена фамилия Юрия Печенкина. Ежегодно мои родственники, друзья Юры приезжают к памятнику, где в знак памяти и уважения кладут свежие цветы. Также в Екатеринбурге есть музей «Шурави», где сохраняют от забвения имя каждого, кто честно выполнил свой воинский долг перед Родиной. В экспозиции музея есть документы и материалы о Юре

В гимназии №1, где учусь я, тоже чтят память о воинах. В музее гимназии, где учился дядя моей мамы Юрий Печенкин, находится памятная мемориальная доска. Я горжусь своим отважным и мужественным родственником!

http://clck.ru/8dwQf

Стихи Юрия Печенкина

***

Срывая первые цветы

Я ждал, что сбудутся мечты,

Но испугавшись их, на землю бросил.

Я знал, что следом за весной

Пройдет и лето стороной

И посмеется надо мной

Скупая Осень.

И что же остается мне?

Лишь только думать о Зиме,

И ждать узоров на окне,

И вьюги – злобы,

Что заметет твои следы,

И я забуду про цветы,

И схороню свои мечты

В ее сугробы.

А Осенью? Осенью плакало Небо,

Слезами моими лило и лило,

Плакало небо о том, чего не было,

Как будто бы это все-таки было.

Люди скоблили небо студеное

Глазами испуганно-удивленными,

Жались к домам и ловили ладонями

Слез моей Осени капли соленые.

И плакала Осень о том, что не сказано,

О той, что меня никогда не любила.

Не знал я и сам, что мне было отказано,

Но небо то знало:

Отказано было!

***

Сегодня помираю со скуки!

А, собственно чего мы здеся ДЛЯ?

Эй, мужики, подайте карты в руки

Сгадать на бубяного короля!

Я нагадаю ему дальнюю дорогу,

Четыре сбоку – это значит ваших нет,

Потом валет к нему залез,

Потом интимный интерес,

Потом скандал – еще не слава богу!

Чего-й то нынче в карты не везет!

Эй, мужики, в очко сыграем что ли?

И я колоду шевеля, на бубяного короля

Поставлю свои кровные пистоли.

***

Когда, вечерами, бываю я дома

По трезвому случаю слишком один,

Листаю страницы фотоальбома,

И эхо давно отшумевшего грома

Врывается стонами глухими.

Глядят с фотографий унылые лица

Меня узнавая едва,

А в окна застывшие память стучится

Свои предъявляя права.

Скрипят на стене

торопливо пружины

Отставших от жизни часов,

А там, за порогом, дымятся руины

Покинутых мной городов.

Молчит фотография старого друга,

Которым я так дорожил,

Но шепчет в окошко упрямая вьюга:

Ты с ним попрощаться забыл.

И старой квартиры знакомые метры

Размерены гулом шагов,

А там, за порогом,

безумствуют ветры

Моих позабытых стихов.

Стучат поезда, проходящие мимо

На чей-то настойчивый зов.

А в комнате запах последнего дыма

Покинутых мной городов.

***

Плакало небо, роняя слезинками звезды,

Плачут деревья, теряя резные листы,

Плакали люди, когда понимали, что поздно,

Когда провожали несбывшиеся мечты.

Я не заплачу, я плакать давно разучился,

В детстве когда-то ревел от обиды в крик,

Только сейчас в голове иногда помутится,

И злая обида пальцами сдавит кадык.

Что-то не вышло,

а вышло не так как хотелось,

Чего-то добился назло и наперекор,

Только мечты и их неуемная смелость

Преследуют нас как намек и вечный укор.

***

Я придумал для сказки

счастливый конец,

Сочинил эпилог к ненаписанной повести,

Я построил тебе золоченный дворец

На хрустальных руках невесомости.

В нем цепями звенят разводные мосты,

Разбегается эхо

по мраморным лестницам,

Будут вечно его галереи пусты,

И войти в них никто не осмелится.

И царит тишина в этом замке пустом

На жемчужные нити нанизана,

Только сказка моя не поселится в нем,

Потому что она не написана.

Потомкам

Не могу я быть самим собою,

Но иначе тоже не могу.

Я уйду, но не хочу без боя

Оставлять оружие врагу.

Я уйду, но небу станет жарко,

Уходя оставлю для врагов

В качестве последнего подарка

Рухнувшие стены городов.

Я уйду, но кровь

застынет в жилах

Тех, кому достанется земля

В ноющих руинах и могилах,

И репьем поросшие поля.

Я хочу уйти без униженья,

Чтоб земля дрожала от шагов,

Чтобы даже это пораженье

Не было победой для врагов.

***

В стране, которой на карте нет,

Там, где играет лазоревый цвет,

Там, где в руках оживают цветы,

Живет королева моей мечты.

Там, где подснежники спят до весны,

Там, где рождаются все мои сны,

Там, где-то в покоях живой красоты

Ждет королева моей мечты.

Туда, где растет по колено трава,

Туда, где совсем не нужны слова,

Туда, где все тайны мои заперты,

Зовет королева моей мечты.

Только дороги туда не найти

В эту страну неизвестны пути,

Может, случайно подскажешь мне ты,

Где королева моей мечты?

***

В который раз случается такое –

Себя теряю в хаосе толпы,

Ведь только что был рядом сам с собою,

О, если б крикнуть: «Юрка, где же ты?»

И я спешу, работаю локтями,

Себя найти, ведь где-то рядом...

Но все спешат вокруг куда-то сами,

Быть может тоже в поисках себя.

Своих друзей оставил я далеко,

Друзей других не смог приобрести,

О, кто-нибудь, придите ради Бога

И помогите душу отвести!

О нет, меня пока еще не гонят

И укорять никто меня не станет,

Но я вернусь, вернусь туда, где понят,

Вернусь туда, где ждать не перестанут.

***

Ты приснилась опять, я не волен, не должен, не вправе

Видеть чаще тебя, чем случайно с другими встречать,

Но приснишься ты вновь, и мы встретимся снова глазами

И опять не смогу своих глаз от тебя оторвать.

Что за взгляд, не смотри, не смотри на меня ради Бога!

Я от них не сверну, я умею выдерживать взгляд.

О, бездонная глубь! Как в глазах твоих мало и много;

И как жаль, что они мне совсем не о том говорят.

Я проснуться боюсь потому, что и спящий я знаю,

Что тебя не найду, не увижу, если проснусь,

И тогда я пойду, и, быть может, тебя повстречаю,

Просто рядом пройду, поздороваюсь и улыбнусь.

***

Над миром опять распустилась весна,

Опять зеленеет трава,

И неба простор, и озер глубина

Знакомые шепчут слова.

Под солнцем весенним живительным

Пробился из почвы цветок,

Увидел вдруг мир удивительный

Зеленый его стебелек.

И рос он, зеленый и тоненький,

Купаясь в лучах с головой,

А пчелы, чужие поклонники,

Считали его травой.

Но чудо случилось заветное

И вдруг распустился цветок,

Украсил травы одноцветие

Его голубой лепесток.

И замерло все в изумлении,

Приняв, как божественный дар,

И пчелы в тревожном волнении

Слетались на сладкий нектар.

Вот так же и девушки наши,

Рождаясь такими как все,

Однажды весной распускаются

В невиданной прежде красе.

И в день двадцатилетия

Хочу, чтоб услышала ты

Признания песню заветную

Волшебной твоей красоты.

http://www.sng-rakurs.ru/literaturnaja_stranitsa_jurij_pechenkin

Колташёва Юлия Петровна,в.ч.61931

jrikot — Sat, 11 May 2013 15:34:08 GMT

Колташёва Юлия Петровна,в.ч.61931

1976 года рождения, прапорщик. Выполняла воинский долг на территории Чеченской республики в составе в/ч 69771 УрВО. Погибла 11 августа 1996 года. Награждена орденом Мужества. Похоронена в г. Березовском Свердловской области, на городском кладбище.

Из письма Колташевой Ю.П родным

Здравствуйте, дорогие, родные мои папа, мама, Дима и Амур.

Огромный привет вам шлет ваша непутевая и непослушная дочурка. Во-первых. Я написала вам уже два письма. Одно по дороге, второе с места уже, а сейчас пишу третье.

Завтра парнишка в отпуск поедет, так что в Свердловске сбросит письмо.

Ну, что написать я даже не знаю.

Во-первых, у меня все прекрасно, я не жалею, что поехала сюда, завтра будет две недели, как я уже в полку.

Здоровье вроде пока в норме.

Настроение отличное, разве может быть плохое настроение у человека, который вечно смеется. Вы случайно в детстве меня не роняли?

Если честно, то я не знаю, что писать, потому что здесь однообразная жизнь, но, как ни странно, не скучно. Самое главное, что я жива и здорова, и настроение отличное, а больше здесь ничего не надо. Погода у нас хреновая, дожди, как будто дыры в небе. Интересно, как погода у нас на Родине.

И вообще как у нас дела дома, как Амур, как отпраздновали день рождения у папы?

Ну ладно, сейчас уже обед кончится и писать не знаю что, поэтому допишу вечером или ночью, как получится.

Ну вот и вечер, точнее уже ночь, времени сейчас 0.30, только что приехали из арт. дивизиона, ездили на день рождения, приехали в разведку, т.е. домой, тут тоже день рождения, да еще ребята завтра, т.е. уже сегодня домой уезжают, вот и празднуем. И так почти каждый день, правда у меня здесь почти сухой закон, я пока еще умничка девочка, так что на счет этого не переживайте.

У меня уже живот болит и сердце колет от смеха, пришлось уже две таблетки валидола съесть, правда все бесполезно, все равно от смеха не удержаться, ребята здесь все классные, а самое главное, веселые, несмотря на все, что творится вокруг, несмотря на эту войну, и смерть.

Наверное смотрели по телевизору новости, колонну разбили 245 полка Московского округа, а мы их всех этих раненых и убитых принимали и отправляли, так что мы здесь не только веселимся, но и работы хватает по горло.

Это оказывается не так уж и страшно. Так что психическое состояние моего организма пока в норме, т.е., по-русски говоря, крыша еще на месте. А большего счастья здесь и не надо, если только еще сигареты и небольшое количество водки. Ну от скуки здесь точно не умрешь. Времени уже 1.25, а я все еще не могу дописать это письмо, потому что смех не дает писать, живот болит...

Наверно закончу на этом свое письмо и с нетерпением жду от вас ответа.

103400 Москва — 400
в/ч 61931 «Н»
Колташевой Ю.П.

Обнимаю крепко и много раз целую. Амуру пожмите лапу.

1 ч. 50 мин.
22 апреля 1996 г.

Р.S. Люблю, целую, обнимаю.

Не забудьте, за Лешу свечку поставить (очень прошу). Я ему написала, отправила с вертушкой через авианаводчика, но ответа до сих пор так и нет, что-то не спокойно на душе, их полк тоже потрепали, хороший п... получил, боюсь как бы что не случилось.

Я тут 4 дня себе место найти не могла, не знала за что взяться и сердечко ныло. Тьфу, тьфу, тьфу, конечно, но все равно. Здесь ведь не курорт.

Ну ладно, еще раз целую, ваша Юлька!

Чечня, до востребования...

Уральская сестра милосердия Юлия Колташева, оказавшая помощь раненому, была безжалостно расстреляна снайпером сепаратистов на улицах Грозного. Ей было всего лишь 20 лет...

Сложно сейчас сказать, как сложилась бы судьба Юли, не случись ее знакомства с Алексеем. Эта встреча произошла случайно. Алексей приехал в Березовский к однополчанам, с которыми служил по контракту в Чечне. Он собирался на войну еще на один срок. Юля к тому времени окончила медицинское училище при Свердловской железной дороге и, как ни странно, в свои девятнадцать считала, что жизнь зашла в безнадежный тупик. Отчасти этому способствовал ее ранний и, можно сказать, неудачный брак.

Юлю, рациональную в житейских вопросах, родители не поняли, когда она вышла замуж за Олега, который был старше ее на восемь лет, имел три «ходки» в зону и ставшую хронической привязанность к спиртному. Они пытались воспрепятствовать, но намерение дочери оставалось непреклонным. Смирились. Знать, любит, думали. Жизнь-то всякая бывает.

Молодые жили неважно, хотя иногда и не без теплых чувств. Часто перебирались из угла в угол, снимая жилье. Деньги зарабатывала Юля. Устроилась в медицинскую лабораторию при местной поликлинике. Мужу с его прошлым сложно было найти работу, а если это случалось, то, как правило, через два дня он снова оказывался на улице за пьянство, прогулы и драки. Из семьи начали пропадать вещи. Сначала ковер, затем пылесос, а когда Олег продал золотое кольцо, Юля не выдержала и учинила разборку. В ответ муж зарекся Юлю убить, а заодно и тещу с тестем.

– Мы не знали, что делать, пока нам не посоветовали обратиться к местным криминальным «авторитетам», – рассказывал отец Юлии Петр Петрович. – Встретились, поговорили. Так и так, мужики, что делать?

Мужики обещали разобраться и вскоре, действительно, не оставили бывшему зеку иного шанса, как вновь загреметь за решетку. Колташев угнал автомобиль, за что получил свой четвертый срок.

Они прожили вместе около года. За это время Юля сильно изменилась. Это замечали многие. Где та душа-девчонка?

Почему сильная и самостоятельная Юля сломя голову бросилась замуж? Колташев был, действительно, неординарен. Несмотря ни на что, в нем чувствовалась личность. Я думаю, Юля и искала вокруг себя личности. Может быть, потому и к Олегу потянулась, что увидела в нем не заурядного забулдыгу, но человека, который в определенные минуты способен был стать выше жизненных обстоятельств. Что говорить, она и сама была такой.

Класс, в котором училась Юля, считался в школе одним из самых дружных: друг за друга стояли горой. Юлю здесь любили. По словам ее учительницы Натальи Владимировны Пшенниковой, это был человек, который не боялся взять в руки любое дело. Она многое знала и умела. Практически вся общественная работа в классе ложилась на ее плечи. И что интересно, она желала этого. Желала испытаний, искала новых впечатлений. Цирковой кружок, где Юля успешно акробатировала, часто давал представления в городе. Условия для выступлений гимнастов не всегда были подходящими, но... «Важен сам процесс и мастерство», – говорила она.

Помнится, готовились в классе к сочинению на тему: «Труд моих родителей». А до этого ходили на экскурсии по местам работы родителей учеников. Юля очень хотела, чтобы класс посетил коврово-ткацкую фабрику, где практически всю жизнь трудились ее отец и мать. Поход состоялся, и для всех стало неожиданностью, когда девочка встала за станок вместо мамы и достаточно легко справилась с одной из сложных ткацких операций.

Приученная к труду, Юля всегда с душой бралась за работу. Еще в начальных классах, когда детям объясняют прописные истины, она хорошо усвоила, что человек бывает сильным, если умеет делать много дел. Наталья Владимировна не сомневается, что Юля росла сильной. Для своего возраста она прекрасно знала жизнь и хотела взять от нее как можно больше. Единственное, что настораживало в характере этой девочки, – она порой не чувствовала границ своих действий, ей казалось, что все можно взять легко и просто.

Неудачный брак – скорее первая душевная травма в ее жизни, не считая проблемы «отцов и детей», которые возникали в родительской семье вследствие Юлиного максимализма. Впрочем, в отношениях с родителями Юля была безусловным лидером, хозяйкой положения и, можно сказать, командиром. Отец и мать по характеру – люди мягкие. Обычные труженики-ряботяги. Когда на ткацкой фабрике перестали выплачивать зарплату, в семье наступил денежный кризис. Младшего брата Юли видели в городе предлагающим купить нитки с фабрики. Отец стал выпивать. Вдвоем с матерью решили вообще увольняться с работы. Все как-то враз переменилось: стало серым, одноликим и безысходным. И это был первый случай, когда командирша Юля не смогла изменить положения вещей. Смириться с этим ей было крайне сложно.

Война кружила вокруг Юли уже год: двоюродный брат воевал в Чечне, уходили на войну одноклассники, и даже коллеги по работе, девчонки чуть старше Юли, и те принимали участие в боях на Кавказе.

Знакомство с Алексеем стало последним, самым веским аргументом, подтолкнувшим ее к воплощению в жизнь давно зревшего решения. Она полюбила этого сильного и мужественного человека. Он ответил ей взаимностью. Нет, Юля не могла не решиться – она твердо заявила: я еду с тобой в Чечню.

В Березовском райвоенкомате, где Юлия Колташева оформила документы на прохождение контрактной службы, вскоре появился Алексей. Он был против намерений возлюбленной и потому попросил пока не давать бумагам ходу: вдруг сумеет отговорить. Несмотря на жесткую разнарядку о призыве женщин-медиков, в военкомате пошли навстречу. Положение «ни ответа ни привета» продолжалось до тех пор, пока Юля не решилась лично проследить за процессом прохождения документов. Упорство и настойчивость дали результаты. В середине марта Колташева была призвана на военную службу с присвоением воинского звания прапорщик.

Ее ввели в штат мотострелкового батальона воинской части подполковника Андрея Байрака, но здесь она появлялась редко. В строевой части вспоминают, что Колташева приходила лишь узнать, подписан ли ее рапорт об отправке в Чечню.

– Что ты делаешь? – был не в себе отец. – Зачем тебе это надо?!

Мать лишь плакала, понимая, что дочь переубедить не удастся. Та стояла на своем. В конце концов смирилась – так часто бывало в семье.

Отъезд оказался внезапным, и проводы прошли как-то скомканно. Натальи Ивановны, Юлиной мамы, дома не было. Как раз в это время она провожала племянника, заскочившего к ним после излечения в госпитале. Петр Петрович крепился, и дочь тогда сказала:

– Все будет хорошо, папа. Жалко, что с мамой не простилась...

Юля прибыла в 324-й полк, который занимал позиции под селением Старые Атаги.

– Я помню эту девчонку, – сказал мне при встрече старший помощник начальника штаба по кадрам майор Сергей Толочек, – худенькая, невысокого роста, она приехала и по-военному представилась. Поговорить с новенькой, к сожалению, не пришлось. Не та обстановка. Мы с ходу кинули ее на медпункт фельдшером. Работы там было много.

Фельдшер Юля оказалась единственной женщиной в полку, постоянно ходила на боевые, выезжала с бронегруппами на блокпосты и вообще держалась молодцом.

С Алексеем она не встретилась. Ее парень находился в разведроте 276-го полка, дислоцировавшегося под Курчалоем. Еще дома они приняли решение пожениться. Родителям сказали: готовьтесь к свадьбе.

В июне стало окончательно известно о выводе 324-го полка из зоны конфликта. Уточнялись сроки и параллельно с ними – списки офицеров, время пребывания которых в «горячей точке» недотягивало до трех месяцев. Планировалось перебросить людей в 276-й полк. Так оно и вышло. В группе военнослужащих, направляемых под Курчалой, добровольцев были единицы. Среди них – прапорщик Юля.

Телеграмму о смерти принесли вечером 11 августа. В ней говорилось о необходимости прибыть в Ростов-на-Дону для опознания тела погибшей. Ночь страшного горя и сомнений: может, не она, не Юля? Поначалу лететь в Ростов решили все, но в итоге Петр Петрович жену оставил дома.

Они приземлились в аэропорту, и по отлаженной системе их направили в судебно-медицинскую экспертизу, что на Лермонтовской. Там долго показывали видеозапись с чудовищно изуродованными человеческими телами. Женщин среди них не оказалось. Сделали запрос. Тело молодой девушки значилось в списках окружного госпиталя.

На территории госпиталя стоял трупный запах. Здесь было множество палаток, которые не вмещали убитых. Тела лежали на земле под палящим солнцем.

– Папа, посмотри! – только и сказал сын отцу. В глазах обоих помутнело. Первый ряд тел был грудой перемешанного мяса: вспоротые животы, выколотые глаза, вырезанные гениталии и места, где, по всей видимости, находились татуировки. Боевики делали все, чтобы число неопознанных российских солдат было максимальным. Им помог офицер, сказав, что привезет ту, которую они ищут. Рядом ждала еще какая-то женщина. Она искала сына уже третьи сутки. Женщина нашла несколько похожих тел, и не знала, что делать. Боялась увезти чужое.

Вскоре подъехала машина с четырьмя трупами в кузове. Три были в «фольге», один – завернутый в белую простыню. Говорят, за секунду до смерти перед человеком проносится вся его жизнь. Жизнь дочери пронеслась в глазах отца, когда откинулся полог белой материи.

Жила, любила, и вот сейчас вместо подвенечного платья – кусок окровавленной простыни.

– Ну почему они не сказали мне, чтобы я взял из дома одежду дочери, – в слезах говорил мне Петр Петрович.

Прежде чем запаять Юлю в цинковый гроб, на нее надели солдатские трусы и камуфляж. Так, в полевой одежде и хоронили потом в Березовском.

В госпитале отцу выдали справку с медицинским заключением о пулевом ранении в область сердца и Юлины личные вещи: 43 тысячи рублей, часы, цепочку.

Такого количества людей, пришедших на похороны Юли, здесь не припоминали уже давно. Были все родственники, близкие друзья и подруги – в общем, весь класс, где она училась, учителя школы, знакомые... Из воинской части, где Юля начала службу, прибыл оркестр и почетный караул. Не было ни продолжительного прощания, ни пламенных речей. Когда гроб предали земле, кто-то заметил: «Что ж военные-то ничего не сказали?». Но тут же послышалось: «Да они сейчас каждый день хоронят».

А еще мама Юли просила вскрыть цинк, чтобы проститься по-человечески. Петр Петрович не разрешил: со дня смерти прошло уже много времени.

Из Чечни Юля писала письма. Последние были особенно проникновенны, наполненные теплотой и любовью. К чему так стремилась – свершилось: нет большего счастья, чем быть рядом с любимым. Очень переживала, когда Алексей с разведчиками уходил в горы. Писала также, что война для них скоро закончится: в полку заговорили о выводе.

Для Юли война закончилась в центре Грозного. Под адским обстрелом она бросилась на помощь раненому бойцу. Чеченский снайпер поймал ее в прицел и выстрелил в ногу. Следующей пулей он поразил ее в сердце.

А. Ямшанов

Источник: «Вспомни и поклонись. декабрь 1994 г. – октябрь 1996 г.»

http://divizia.org/memory/k/101.html

Андрей Сидоров

jrikot — Sat, 11 May 2013 13:39:14 GMT

Сидоров Андрей Васильевич

История о нём рассказана в материале ниже: http://moldovanov.ucoz.net/blog/sidorov_andrej_vasilevich_v_ch_61931_324_msp/2013-05-11-20

Дополняю, рассказанное мамой Андрея, материал взят здесь:

http://gunmaker-t.narod.ru/229sidorov-av-chechnya-.html

СИДОРОВ АНДРЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ
1.08.76 - 4.04.96
рядовой

Уроженец г.Сатка Челябинской области. Русский. Образование среднее профессиональное. Холост.
В Чечне - водитель 1 мсб 324 Уральского полка (в/ч 61931).
Родители: Сидоровы Василий Ефимович, Наталья Юрьевна.
После окончания 8 класса Саткинской средней школы № 13 поступил в Саткинский горно-керамический колледж на факультет «Открытая разработка», окончив который в 1994 году получил специальность «горняк».
Обучаясь в колледже, закончил курсы водителей в школе РОСТО.
28 декабря 1994 года Саткинским ГВК был призван в ряды Вооруженных сил РФ.
Военную службу проходил в войсковой части 31627 (г.Нижний Тагил Свердловской области).
С 11 декабря 1995 года - Чечня.
Принимал участие в ликвидации вооруженных бандформирований чеченских боевиков.
4 апреля 1996 года во время боевых действий у н.п.Гойское пропал без вести.
16 марта 1997 года тело Андрея Сидорова было найдено на поле боя и доставлено в г.Сатка Челябинской области.
За мужество и героизм, проявленные в боевой операции, Указом Президента РФ № 126 от 25 января 1999 года рядовой Сидоров А.В. награжден орденом Мужества № 31537 (посмертно).
12 апреля 1997 года Андрей Сидоров был похоронен на Поленихинском кладбище г.Сатка Челябинской области.

Из письма в редакцию Книги Памяти:
«Уважаемые работники управления по делам военнослужащих и казачества!
Пишет вам Сидорова Наталья Юрьевна. Наш сын, Сидоров Андрей Васильевич, родился 1 августа 1976 года. В декабре 1995 года, будучи солдатом срочной службы, был откомандирован (из г.Нижний Тагил Свердловской области. - Авт.) в 32-й военный городок г.Екатеринбург и далее направлен в Чечню с 324-м Уральским полком, в/ч 61931.
4 апреля 1996 года при штурме н.п.Гойское Чеченской Республики наш сын пропал без вести.
Последнее письмо от сына мы получили 16 апреля, когда его уже не было в живых.
Андрюша писал, что служба идет нормально, писать домой больше не будет, т.к. ждут замену и, бог даст, скоро приедет домой. Я еженедельно звонила в г.Екатеринбург в штаб Уральского военного округа, спрашивала о сыне, мне отвечал Гордеев Е.А, что наш сын в списках убитых, раненых и пропавших без вести не числится. 18 июля 1996 года я позвонила в очередной раз и мне ответили, что Андрюша 4 апреля пропал без вести. Отец Андрюши тут же, 26.07.96 г., вылетел в Чечню и в течение 8 месяцев искал сына. И только счастливая случайность помогла отцу через год, 16 марта 1997 года, найти сына.
Летом 1996 года чеченцы пошли и в поле наткнулись на останки наших мальчиков. У нашего Андрюши при себе были водительские права (т.к. военный билет он потерял на старом месте службы в Н.Тагиле и его, из-за отсутствия военного билета, не отпустили в отпуск; а на войну, выходит, можно и без документов) и семейные фотографии. Все документы чеченцы подобрали и запомнили место, так как только у одного (Андрея. -Авт.) были документы, а у других ребят не было никаких удостоверений личности. После августовских событий 1996 года местные жители из села ушли, негде было жить, а весной 1997 года возвратились назад...
Вот так отец и отыскал сына, собрал, что осталось, в портфель и через Ростов-на- Дону привез домой.
12 апреля 1997 года мы похоронили своего сына Андрюшу в г.Сатка. Но мы считаем себя еще счастливыми. Муж видел сколько еще по полям осталось наших детей и неизвестно, удастся ли кому из родных найти своих детей и упокоить их несчастные косточки...
Среди найденных документов сына была армейская фотография нашего Андрюши с друзьями. Мы, к сожалению, никого из этих мальчиков не знаем, кто они и остались ли живы. Я высылаю вам копию этой фотографии...
Уважаемые работники управления, мы благодарим вас за то, что вы помните наших детей. Очень жаль, что погибли они такими юными. Наш Андрюша любил жизнь, очень любил нас с отцом и своих младшего брата и сестренку. Он был у нас добрый, умный и очень веселый. Друзья говорят, что Андрей сам никогда не унывал и ребят мог развеселить.
Ребята рассказывали, что в последний бой наш Андрюша не должен был идти - ходили накануне - но бойцов не хватало, и Андрей пошел. Шли они на 4 машинах разведкой. Когда первую машину подорвали, десант спрыгнул и побежал рядом с машинами. Один мальчик, механик машины Анатолий Б. из Иркутска, мне рассказывал, что он видел, как Андрей бежал рядом, а потом раздался взрыв, затем подорвали машину Анатолия. А когда он полз раненый по полю к своим, то наткнулся на нашего Андрюшу. У него было ранение в левую часть головы. Он взял автомат Андрюши, а самого его он не смог тащить, так как был ранен сам, да и Андрюша у нас был ростом 186 см, тяжелый. Когда дополз Анатолий до своих, то сказал, что ребята полегли и надо за ними поехать, но командиры ответили, что и так много вас полегло. И потом, после боя, никто не подобрал наших мальчиков. Я все время думаю о том, почему нам не сообщили сразу о том, что сын пропал без вести. Ведь они (командование) знали, что сын не сбежал, что он не струсил, а убит и лежит в поле. И еще много-много ребят вместе с ним. И не только ведь нам одним не сообщили. Одной маме из Пензы мне первой пришлось сообщить о ее без вести пропавшем сыне, когда я ездила в Ростов искать Андрюшу. И к нам совсем недавно приезжала Нина Петровна Мухаметова - ее сын Олег тоже пропал без вести 4 апреля, но она узнала об этом с большим трудом в конце 1996 года, пройдя через множество унижений.
Почему и за что все это? Пока муж искал сына в Чечне, я куда только не писала, а мне приходил один и тот же заученный ответ: «Поисками вашего сына занимаются, о результатах сообщат». Но никто и не подумал сообщить, а также - искать... Уважаемые работники управления. Я прошу меня извинить за эмоции и еще раз благодарю вас...
Сидоровы Василий Ефимович, Наталья Юрьевна.»
Да, трижды права Наталья Юрьевна, сообщившая в письме нам, да и всем вам о том, что «сын не сбежал, что он не струсил, а - убит и лежит в поле». Не таков он, российский солдат, чтобы сбежать с поля боя, предав своих боевых друзей, испугаться смертельной опасности. Их деды выстояли перед немецкими полчищами, вооруженными до зубов, спасли нашу страну от фашистской чумы. Их отцы и матери ковали победу в тылу, в том числе и на Урале. Их старшие братья - «афганцы» с честью исполняли свой интернациональный долг в ДРА.
И все это стало примером, достойным подражания. Так уж воспитаны наши парни: лучше погибнуть в бою, чем покрыться славой труса и предателя. Наш земляк Андрей Васильевич Сидоров, будучи настоящим Солдатом и Защитником Родины, погиб в бою смертью героя, погиб вместе со своими боевыми друзьями, до конца исполнив свой воинский долг. Будь ему пухом, земля уральская...

Сидоров Андрей Васильевич, в.ч. 61931, 324 мсп

jrikot — Sat, 11 May 2013 13:04:00 GMT

Сидоров Андрей Васильевич

рядовой в.ч 61931 324 мсп,

числился пропавшим без вести, тело было опознано в 1997г.

За мужество и героизм, проявленные в боевой операции, Указом Президента РФ № 126 от 25 января 1999 года рядовой Сидоров А.В. награжден орденом Мужества № 31537 (посмертно).
12 апреля 1997 года Андрей Сидоров был похоронен на Поленихинском кладбище г.Сатка Челябинской области.

Рассказ матери

И похоронить, и наградить забыли

Я хочу рассказать о моем сыне Андрюше, который погиб в Чечне 4 апреля 1996 года при штурме населенного пункта Гойское. Последнее письмо от него пришло, когда сына уже не было в живых. Андрюша писал, что у него все хорошо. А младшей сестренке он написал о толстом щенке, что прибился к их части. Сообщал, что вместе с ребятами ждет замену и скоро, бог даст, вернется домой.

Но бог не дал. Я каждый день звонила в штаб Уральского военного округа, справлялась о сыне. Мне постоянно говорили, что сын жив. И только 18 июля мне сообщили, что сын пропал без вести 4 апреля при штурме Гойского. Муж тут же выехал в УралВО. 26 июля вместе с военными он прилетел в Моздок, вечером был в Ханкале, чтобы узнать, где теперь находится в/ч 61931. Ответили, что весь полк выехал из Чечни. 8 месяцев муж искал сына. В поиске ему помогали чеченцы. Я осталась дома с младшими детьми и стала искать сослуживцев Андрея. Одного нашла в Бакале, другого – в Коркино. Они мне рассказали, что после боя в тот день они подобрали бойца, который бредил и повторял одну фразу: ««Большой» ранен в голову». «Большим» прозвали ребята Андрюшу за рост в 186 сантиметров. Разыскала я в Иркутске командира БМП. Анатолий тоже участвовал в том бою. По телефону он рассказал, что они вышли в разведку на трех БМП. Он видел, как подорвалась первая БМП. Потом была взорвана машина Анатолия, его ранило в ногу. И когда он полз по полю, наткнулся на Андрюшу. У него была пробита голова. Добравшись до своих, он доложил, что все ребята полегли и за ними надо послать машину. Командир ответил: «Вас и так много полегло». Так и оставили воронью и собакам наших мальчиков. Возможно, и потому, что хотели скрыть потери.

В августе прошлого года я летала в ростовскую лабораторию идентификации трупов. Что там творилось! Груз 200 шел непрерывным потоком. 19-20-летние ребята везли своих погибших ребят сначала в лабораторию, а потом родителям. Сколько же выпало на их долю!

Своего сына я в Ростове не нашла, зато узнала фамилии еще четырех без вести пропавших. Пришлось мне писать в Рязань Дергабузовой С.И., которой, как и мне, говорили, что сын жив. Позже она мне написала, что ее Стасик в последнем письме просил прислать очки взамен разбитых. Выслали. Получили уведомление, что 25 (!) апреля посылка была вручена ее Стасику. А его 4 апреля разорвало снарядом. Останки сына мать нашла в Ростове в январе 1997 года. Как это все называется?

Останки нашего сына нашел отец в марте нынешнего года в поле, где он и был убит. Анатолий точно указал место, где он наткнулся на тело Андрея.

Оказывается, еще летом чеченцы при заготовке сена обнаружили несколько трупов. У одного достали документы, фотографию и наше письмо. Сообщить сразу нам не смогли, потому что им пришлось выехать из села. Документы они сберегли, место запомнили. Они и привели мужа к останкам сына. Чеченцы, а не Российское представительство помогли вывезти останки сына. Похороны состоялись 12 апреля 1997 года.

Страшно, был мальчик – и нет его. И никто сегодня уже не вспоминает о гибели стольких тысяч на чеченской войне. И виноватых нет.

А сколько еще родителей, которые не могут найти своих сыновей! Нам часто звонят отцы, которые уже в который раз ездят по маршруту: Чечня-Ростов-Москва. И все без результата. Однажды мне позвонила мать, которая недавно нашла своего сына. 11 месяцев он пробыл в плену. А военкомат пытается его снова призвать, мол, надо дослуживать. И это правовое государство?!

Извините меня за эмоции, но наша родительская боль не утихает. Боль становится острее от мысли, что бросили наших мальчиков в бессмысленную войну, оставили на поле боя и забыли. А сослуживцы Андрюши говорят, что после аргунского боя их всех должны были представить к наградам. Себя-то небось не забыли, а этих списали на войну...

Наталья Сидорова

г. Сатка

* * *

P.S. Историю о том, как Василий Сидоров искал сына, я узнала в Грозном в апреле этого года. Чеченцы тогда помогли Василию собрать косточки Андрюши в портфель. С тем он и вернулся домой.

И сколько таких родителей в нашей области! А много ли они слышали слов утешения от военных начальников, много ли внимания им уделяется? И слов мало, и медалей не хватило всем, и виноватых нет. Все на войну списали, даже безутешное горе осиротевших матерей и отцов.

Светлана Миронова
Акцiонер
21.11.1997

http://divizia.org/articles/1997/3.html

Ещё материал здесь: http://gunmaker-t.narod.ru/229sidorov-av-chechnya-.html